За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год icon

За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год



НазваниеЗа окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год
Дата конвертации29.01.2013
Размер153.72 Kb.
ТипДокументы
источник



За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год. Рем Хеджи слегка поёжился в кресле, устраиваясь поудобней. Вездеход застрял окончательно и бесповоротно. Теперь им с Фредом Нилом ничего не оставалось, как ждать. Ждать когда их вызволят из этого грязного месива. Выходить наружу никому из них совершенно не хотелось. Хотя они и были экипированы в лёгкие скафандры, но натягивать на голову громоздкий шлем было бы чертовски неудобно в этом небольшом, замкнутом пространстве. Да и зачем куда-то выбираться из вездехода? Что там можно разглядеть? Абсолютно ничего интересного. Там мокро и грязи наверно вокруг до подбородка. Конечно, эту слякоть нельзя почувствовать в скафандре, но Рем ощущал её чисто инстинктивно, уж очень по земному барабанил дождь по крыше вездехода. Можно было даже представить, что сидишь с другом в автомобиле, который застрял на размытой дождём дороге где-то недалеко от дома. Дом. Их дом теперь так далеко. В десятках миллионов миль отсюда. Но скоро они вернутся. Их вахта подходит к концу, осталось недели две. Конечно, по земному времени. Рем представил себе, как он будет нежиться в своём огромном бассейне, лёжа на надувном матрасе под ярким Калифорнийским солнцем. Солнце! Господи как долго он не видел настоящего солнца…. На корабле был, конечно, солярий который как уверял доктор Харрис, вполне обеспечивал потребность организма в солнечной радиации, но разве это может, сравнится с настоящим солнцем?! К тому же они с Фредом так много времени проводят на поверхности планеты в этом мраке и слякоти, что даже солярий воспринимается как особенное удовольствие. Пятьдесят восемь земных суток ночь и столько же день. Им с Фредом не повезло, потому что их вахта началась не задолго до начала этой длиной ночи. Если бы было наоборот, то они могли бы хоть полюбоваться солнцем, глядя в корабельные иллюминаторы, а теперь они увидят его не скоро. Космический корабль «Посейдон-2» находился на стационарной орбите и поэтому всегда висел над одним и тем же районом поверхности планеты – над западной частью континента Афродиты. В начале своей вахты они всё-таки видели осколки солнечных лучей. Именно осколки. Картина эта до сих пор стоит перед глазами Рема. Было это на одном из плато равнины Айно. Он тогда проверял установку номер сорок два. Вездеход остался метрах в ста позади, и Рем в одиночку поднялся на небольшой холм. Вдруг он почувствовал странную вещь. Капли сильного дождя перестали громко стучать по гермошлему и Рем недоуменно обернулся. Вездеход, стоящий позади, оказался освещённым лучом солнечного света. Луч словно нарисованный на сером листе бумаги прорезал густую ватную облачность и как прожектор вырвал из плотного сумеречного мрака этот, казалось бы, совсем противоестественный для природы планеты предмет. Серая обшивка вездехода заблестела на солнце, и солнечные зайчики весело запрыгали по стеклу гермошлема Рема. Низкие, тяжёлые тучи теперь выглядели тёмно-коричневыми и местами даже желтоватыми. С холма открывался вид на необъятный простор венерианского плоскогорья. Ещё в нескольких местах с небес, тонкие солнечные линии будто простреливали это месиво тёмных облаков и падали как-то наискосок на равнину. Фред тоже вылез из вездехода и восторженно замахал руками. Его маленькая фигурка дала Рему масштабное представление, а то до этого вездеход казался малюсенькой детской игрушкой. Да, приятное воспоминание. А потом на Венере началась ночь, и солнце скрылось надолго. Рем открыл глаза. В салоне вездехода было темно, только разноцветные светоиндикаторы перемигивались на приборной панели. Дождь всё сильней барабанил по крыше. Фред казалось задремал. Делать было абсолютно нечего. Система регенерации воздуха работает нормально. Аварийный запас кислорода в полном комплекте. Холодильник в заднем отсеке набит продуктами. Запрос в центр управления послан. Радиомаяк стабильно даёт знать о их местонахождении. Так что всё в порядке. Просто скучно. Рем посмотрел в боковое окошко. Конечно, он там ничего не увидел кроме текущих по бронированному стеклу капель дождя. Бортовое освещение пока выключили за ненадобностью. В салоне было тепло, но сама обстановка навязывала мозгу ощущение измороси. Рему захотелось закутаться в плед и положить в горячую кружку чая, домашнее клубничное варенье, как это было много лет назад. И под шум дождя за окном мечтать о далёких планетах и отчаянных первопроходцах. Рем улыбнулся своим мыслям. Вот он и сейчас мечтает о далёкой планете, сидя в застрявшем в грязи вездеходе на поверхности Венеры, мечтает о планете под названием Земля. Мысли Рема были прерваны яркой вспышкой молнии, которая осветила весь салон машины и стену дождя за окошками. Через несколько секунд раскатистый гром резанул по слуху. Фред вырванный из сна растеряно моргая, произнёс какую-то абракадабру, но, придя в себя дурачась, спросил Рема:

- И когда этот дождь кончиться, а?

- Думаю надо спросить тех кто затеял проект «Посейдон». – отозвался Рем.

Проект «Посейдон» стали критиковать ещё задолго до начала его осуществления. Да и сами учёные не были уверены в его успехе. В самом деле, преобразовать целую планету, да еще такую как Венера, да ещё и с перспективой того, что она станет пригодной для существования на ней человечества, это казалось совсем уж фантастикой! Несколько десятилетий проект хранился на полке, как ещё один курьёз современной науки. Но годы шли, научная мысль не стояла на месте, очень многое в области атомной физики удалось наконец-то решить. Проблемы же человечества, возрастали гораздо быстрее, чем научные достижения. Экологическая ситуация была на грани катастрофы. Колонизация Луны и Марса не решали эти проблемы как-то кардинально. В самом деле, и на Луне и на Марсе колонисты по существу жили как в открытом космосе. Хотя и были построены несколько посёлков под бронированными куполами и работали несколько фабрик на Луне по добыче изотопа гелия в лунных морях, но всё «космическое» население едва насчитывало тридцать тысяч человек. Для быстро растущего человечества нужен целый мир, нужна новая планета, на которой можно было бы жить как на родной Земле. Почему же выбрали Венеру? На первый взгляд не совсем удачный выбор. Температура поверхности – 480 градусов по Цельсию. Среднее давление около 100 атмосфер, почти как в толще земного океана на километровой глубине. Сейсмическая и вулканическая активность и облака с серной кислотой в придачу. Но научный совет настаивал на своём, все эти проблемы можно решить, а вот если человечество так и не вылезет из своей колыбели, то просто захлебнётся в собственных экскрементах. Почему же не Марс? Не Луна? Или скажем Меркурий? На Луне не может существовать атмосфера, сила тяжести слишком мала, она просто развеется по космосу, если бы даже удалось каким-то чудом её создать. К тому же эти метеоритные «ливни» так уже достали лунных поселенцев, что многие решили лучше переселиться на Марс. На Марсе тоже хватает забот. Атмосфера хотя и есть, но её пришлось бы чудовищно долго обогащать, уж слишком она разряжённая. К тому же сила тяжести почти в три раза меньше земной, и для постоянного обитания этот фактор скажется если и не отрицательно то, по крайней мере, существенно изменит генетику человека как биологического вида. Будущие поколения марсиан уже не смогут свободно разгуливать по родной планете Земля. Уже сейчас те, кто прилетает с Марса проходит специальный курс адоптации в гравитационных установках. В какой-то степени скафандры с нагрузкой и гравитационные блоки в поселениях решают эти задачи, но кому будут нужны эти вещи, если Марс станет родным домом навсегда? Второе поколение детей родившихся на Марсе, уже выглядят какими-то хилыми, долговязыми чудиками… Конечно Марс осваивать можно и нужно, но там потребуется совсем другая технология и процесс растянется на сотни лет. У Марса большие перспективы с этим никто и не спорит, но зачем человечеству отказываться от замечательного шанса, который ему подбросила сама природа в виде планеты Венеры? Что же касается других планет, то проблемы с их освоением выглядят гораздо внушительнее, чем проблемы Венеры. На Меркурии жуткая жара, от которой плавиться свинец. Слишком эта маленькая планета близка к солнцу, конечно сейчас на её северном и южном полюсе есть научные станции, и может они разовьются в небольшие городки, наподобие лунных, но говорить всерьёз о заселении Меркурия не приходиться. Атмосферу создать, там никогда не удастся. Луна же остаётся сырьевым придатком землян. Там нужно строить промышленные предприятия и производственные комплексы, которые вредны для Земли. Луна это место работы. Отработал свою вахту – отдыхай на Земле. В принципе можно мечтать о том чтобы Землю превратить в естественный природный заповедник и использовать её в качестве парка отдыха… Только вот куда деть пятнадцать миллиардов человек? Почти всю свою историю человечество усиленно уничтожало само себя в кровопролитных войнах, что, ж говорить, этот варварский метод, в общем-то, себя и не оправдал. Но теперь на дворе двадцать шестой век и люди больше не хотят сами себя убивать. Сегодня создана прочная социальная и общественно-политическая система, которая обеспечивает человеку свободу существования и безопасность. Но если люди смогли наконец-то осознать себя людьми и договориться друг с другом, то чисто физические проблемы этого спокойного существования нужно как-то решать. Планета Венера подходит для этого почти идеально.

Сила тяжести почти как на Земле, правда, на Венере чуть полегче. К тому же это ближайшая к Земле планета. У неё очень мощная атмосфера с которой стоит лишь как следует поработать, чтобы ликвидировать парниковый эффект и этим снизить температуру поверхности и установить нормальное атмосферное давление. Правда продолжительность суток на Венере не очень то подходит для комфортного проживания, но это ещё как посмотреть. С современными средствами транспорта это становиться даже плюсом – пол часа и вы на другом полушарии планеты. Так что можете сами решать день у вас или ночь. Да и вулканическая активность Венеры по заверению учёного совета заметно понизиться, когда на ней появятся океаны и моря. Климат скоре всего будет тропическим, а на экваторе даже засушливый, но в средних широтах и в приполярных областях будет просто чудесно! К тому же метеоритная опасность гораздо ниже чем скажем на Марсе и тем более Луне. Если освоить технологию планетарных модификаций, то для человечества откроются потрясающие возможности. Потом настанет очередь Марса и даже спутников Юпитера. Но это в перспективе. Сейчас же Венере предстоит стать испытательным полигоном новейших научных достижений или же памятником несбывшихся надежд и заблуждений человеческого разума. Предпосылками для оптимизма являлись: открытый ещё в 2479 году новый закон электромагнитных связёй в внутриатомной оболочке и созданная в последствии экспериментальная нейтрино-кварковая установка.

Для Проекта «Посейдон» потребовалось 700 усовершенствованных подобных установок и всего 6 водородно-нейтронных бомб мощностью по 500 мегатонн каждая. И конечно несколько крупных космических кораблей чтобы сотни специалистов и всё это оборудование доставить на Венеру. В назначенный день космические корабли отошли немного в сторону от орбиты Венеры, а в её средние слои атмосферы были посланы автоматические аппараты с бомбами на борту. Операция « Шесть гарпунов Посейдона» началась. Аппараты равномерно распределились в плотных слоях венерианской атмосферы. По одному над Южным и Северным полюсом, остальные симметрично вдоль всего экватора планеты. Честь нажать на главную кнопку предоставили юной дочери профессора Ходковского по имени Амфитрита. Семнадцатилетняя девушка под гром рукоплесканий и со словами: « Лёгкое движение одного человека это новый шаг к звёздам для всего человечества» изящным пальчиком нажала на пульте нужную кнопку. Диск Венеры осветился, словно гигантской фотовспышкой. В атмосфере планеты взорвались мощные термоядерные заряды. Расчёт оказался точным. Часть плотной Венерианской атмосферы была просто выброшена в космос. Причём именно столько, как и планировалось. Ни больше, ни меньше. Радиационное заражение свелось к минимуму, ведь это были заряды нового поколения. Вскоре на поверхность ушли разведывательные роботы, которые и доложили о том, что нужный эффект успешно осуществлён. Теперь на планете Венера атмосферное давление всего лишь тридцать атмосфер вместо прежних девяносто пяти. И хотя оно по прежнему велико и соответствует давлению на глубине в триста метров в Земном океане, но современной технике это не преграда. К тому же теперь парниковый эффект существенно снизился и температура упала до, плюс двести градусов по Цельсию. Вслед за роботами на поверхность Венеры ушли и люди. Это были инженеры-монтировщики нейтрино-кварковых установок. Вспомогательные роботы выполнили основную работу, но осуществлять непосредственный контроль за первым запуском рабочего цикла, людям захотелось самим. Через два земных месяца все семьсот установок были смонтированы и размещены в заданных районах. Установки разместились на материковых возвышениях – в горах, на плато и плоскогорьях. Перед запуском всё опять тщательно проверили, ведь с искусственной модификацией молекул шутки плохи. Опять юная Амфитрита нажала на кнопку и работа этих чудодейственных аппаратов началась. Принцип их работы заключался в следующем: создавая сильное электромагнитное поле, направленного действия они при этом генерировали потоки нейтринного излучения, которое в свою очередь было смоделировано таким образом, что разрушало внутриатомные связи в выбранных молекулах вещества и заменяло их на другие. По существу одно вещество превращалось в другое. Внешне установки напоминали жерла маленьких вулканов устремлённых в мрачные небеса планеты. Так как атмосфера Венеры на 96% состоит из углекислого газа – СО2 то установки были запрограммированы на расщепление его молекул. День за днём, месяц за месяцем установки не прекращали своей работы, благо каждая из них была снабжена термоядерным реактором. Атмосфера постепенно обогащалась свободным кислородом, а углерод в виде мельчайшей угольной пыли медленно оседал на поверхность. Доведя этот процесс до критического уровня, 350 установок получили другую программу: Теперь атомы углерода расщеплялись на элементарные составляющие – протоны и электроны. Затем этот материал, удерживаемый в атмосфере в областях электромагнитных полей, которые создавались установками, снова моделировался в молекулярный водород. Вообще водород это самая примитивная форма материи, что может быть проще? Протон да электрон! Соедините два атома и вот вам молекулярный водород. Теперь не трудно догадаться, что начало происходить с молекулярным водородом в атмосфере перенасыщенной кислородом. Правильно, он стал выгорать. Окисляясь, он превратился в продукт своего горения – Н2О. Это самая настоящая вода! Благодаря тому, что парниковый эффект значительно ослаб, из-за значительной потери атмосферой своей первоначальной массы, теперь условия на поверхности планеты существенно различались от области к области. В некоторых районах ещё сохранялась довольно высокая температура и поэтому вода находилась в парообразном состоянии, в других районах температура опустилась до плюс восьмидесяти по Цельсию и вода стала конденсироваться в капли. Из-за перепада температур, возникли мощные конвективные потоки воздуха. Давление всё ещё было значительным и прижимало этот водяной конденсат к поверхности. На скалистом грунте появились первые капли венерианской росы. Пока это был ещё не дождь, скорее лёгкая и горячая изморось, но процесс уже был запущен. Венерианские облака стали выжимать, словно мокрое бельё, и в один чудесный день с небес пролился обыкновенный дождик. Инертный процесс потери атмосферой своей массы стал всё более снижать парниковый эффект, Венера стала медленно остывать, и чем сильнее она остывала, тем сильнее дождь набирал свою силу. Дно каньона Дианы вскоре оказалось дном большого озера, затем разлом Артемиды тоже скрылся под водой. И уже через год дождь хлынул во всю свою силу. Начался настоящий потоп! Большая часть атмосферы Венеры теперь превращалась в моря и океаны…

Рем Хеджи и Фред Нил были исследователями-смотрителями. Они занимались проверкой работоспособности установок а главное их занятие заключалось в том чтобы составить человеческое мнение о всём происходящем на поверхности. Ведь этот мир готовили для существования в нём огромного количества людей, и ни какие роботы не заменят в своём суждении человеческого взгляда на порядок вещей. Рем составил уже многие гигабайты своих отчётов на информационном носителе, а Фред по своей сущности был технарём до мозга костей и отчёты составлял довольно вяло и безвкусно, часто обходившись лишь записями видео камер наружного слежения на их вездеходе да на скафандрах. Зато ему не было равных в различных технических проблемах, которые время от времени всё-таки возникали с установками. Фред как никто другой мог ясно и лаконично изложить суть вопроса роботу-механику и направить того в нужном для технического решения направлении. В общем, их исследовательская команда номер семь вскоре завоевала себе отличную репутацию, два человека взаимно дополняли друг друга.

И вот теперь эта репутация была почти в прямом смысле подмочена. Так глупо вляпаться в венерианскую грязь! Впрочем, это была даже не грязь в её земном понимании, ведь на Венере ни когда не было почвы. Эта грязь состояла из выпавшей на поверхность углеродной пыли, из окиси магния и алюминиевых квасцов, которые дождь вымыл из грунта, да и из родного для Венеры мелкого кремнезёма. Раскиснув, под горячим ливнем, всё это составило удивительное грязное месиво. Сегодня они готовили установку номер 75 к консервации, успешно закончив работу, Фред решил уж за одно посмотреть и на соседнюю установку 76. Она располагалась относительно близко, всего в пятидесяти километрах от своей соседки. Но это если по прямой. По инструкции же нужно было двигаться на вездеходе только по возвышенностям, а это удлиняло маршрут почти в три раза. Два высоких холма, на которых расположились установки, были, вероятно, вулканического происхождения. Их разделяла практически плоская равнина.

- Да, ладно, – сказал Фред, - Пройдём по прямой.

- Ох, не нравиться мне эта идея, - вздохнул Рем.

- Ну, спустимся к равнине, а там посмотрим.

Вездеход уверенно двинулся в низ к подножию холма. Мощные фары едва пробивали темноту венерианской ночи. За лобовым окном Рем и Фред видели только стену сильного ливня. Съехав со склона вездеход, поднимая тучу брызг, плюхнулся на равнину. Впрочем, его гусеницы сразу же нашли опору.

- Так, посмотрим, - Фред наклонился к приборной панели, и ткнул одну из кнопок.

Голос бортового компьютера сообщил людям, что согласно показаниям локатора глубина воды прямо по курсу не превышает 80 сантиметров. Тут же на небольшой дисплей вылезла трёхмерная карта местности, которая отчётливо показала, что никаких расщелин и разломов здесь не зафиксировано.

- Ну, вот, дорога отличная! – Фред не скрывал своего удовлетворения.

- Всё равно мне это не нравится, лучше бы мы поехали по плато, и к тому же где ты видишь здесь дорогу? – не унимался Рем.

- Ладно, не придирайся к словам, – ответил Фред, давая команду компьютеру на движение вперёд.

Вездеход, рассекая воду, словно корабль двинулся по равнине заливаемой дождём. Радар сообщал компьютеру о местонахождении крупных каменных глыб, и тот уверенно маневрировал объезжая валуны.

- Кончится эта смена, я обязательно навещу Светлану, - мечтательно расслабился Фред в своём кресле, - Осталось то всего три часа.

- Тогда не стоило ехать к семьдесят шестой, - недовольно пробурчал Рем

- Это ты сердишься, потому что твоя подружка осталась на Земле, - позлорадствовал Фред, - Не понимаю твоей меланхолии, на «Посейдоне -4» столько хорошеньких корректировщиц.

- Меня они особо не волнуют, а моя Элейн сейчас на Луне, где-то в тамошних Апеннинах на турбо-лыжах катается. Меня тоже звала. Отработаем вахту, может и полечу. Хотя так чертовски хочется под настоящим Земным солнцем позагорать.

- Да, - вздохнул Фред, - Настоящее солнце… это здорово. Но Лунные Апеннины тоже не плохо, да еще с Элейн, а? – задорно подмигнул Фред.

- Эх, не нравиться мне этот её лунный фристайл… - озабоченно протянул Рем.

- Да, штука довольно опасная, - согласился Фред.

И тут вдруг на скорости в восемьдесят километров в час вездеход провалился в какую-то яму. Корпус основательно тряхнуло, ремни безопасности очень больно врезались в тело, и Рем ощутил боль даже через надетый на него скафандр. Голову Фреда так дёрнуло вперед, что он ударился подбородком об титановое крепление своего скафандра.

Когда лёгкий шок прошёл Рем с досадой промолвил:

- Ездить по низменностям Венеры ещё опаснее…

Фред, потирая свой ушибленный подбородок и корчась, от боли прошептал:

- Ничего не понимаю… ведь система навигации…

Заглушив двигатель, который заставлял прокручиваться гусеницы вездехода в пустую, Рем и Фред вскоре уже разобрались, в чём дело. Оказалось, что эта равнина была по существу вся когда-то залита магмой венерианских вулканов. Остывая, она образовала что-то наподобие карстовых пустот под поверхностью. Тонкий слой пемзы просто не выдержал веса вездехода… Им ещё здорово повезло, что яма в которую они провалились была такой неглубокой. Вездеходу здорово досталось. Передние направляющие катки были просто смяты мощным ударом. Рему и Фреду нужно было сказать огромное спасибо создателям этого вездехода, они предусмотрели возможности жёстких ударов, и вся конструкция машины была снабжена усиленной системой амортизаторов. Для работы на Венере, на первоначальном этапе, к сожалению, не годились вездеходы на воздушной подушке из-за высокой температуры среды, а использовать транспорт на реактивной тяге было слишком дорого и не экономично. Поэтому вездеход для исследователей-смотрителей получился похожим на старинный танк. Высота его гусениц составляла почти два метра…

Фред обильно смазав ушибленный подбородок противотравматическим гелем, проверил работоспособность всех систем. Всё оказалось в порядке, только вот увязли они бесповоротно. Поначалу вездеход сильно наклонился носом, но через несколько минут его задняя часть, продавив своей массой, хрупкий грунт тоже ушла под воду. Верхняя линия гусениц, сравнялась с уровнем воды. Людям теперь казалось, что они плывут по бушующему морю. Фред предложил попробовать использовать реактивного робота, на что Рем ответил скептическим хмыканьем. Вскоре робот был выпущен из кормового технического отсека. Небольшой летающий аппарат, захватив магнитный зацеп и вися в воздухе, тщетно пытался вызволить многотонную машину. Кончилось тем, что робот пережёг свои турбины и безжизненно рухнул в воду. Как ни крути а ситуация становилась всё серьёзнее. Пришлось Фреду поскупиться своими принципами и связаться с центром управления. Как назло в это время на пульте дежурила Светлана, и Фред неловко смущаясь, был вынужден признаться ей, что они застряли. Застряли, это ещё мягко сказано, в сущности, они потерпели аварию, и виновным в этом был Фред, нарушивший инструкцию.

Ну, что же Фред пережил свой час позора. Образцовый экипаж, который всем ставили в пример, теперь беспомощно барахтается в грязной яме и унижено посылает призывы о помощи. Светлана принялась за спасательную операцию с гораздо большим энтузиазмом, чем от неё можно было бы ожидать. Поначалу она хотела, было просто направить к месту аварии ближайшие экипажи вездеходов. Но этого ей оказалось мало, она принялась за создание настоящей спасательной операции. То чего и опасался Фред, свершилось. Теперь об этой аварии стало известно абсолютно каждому человеку, который так или иначе был занят проектом «Посейдон». Их просто стали забрасывать видео и радио запросами. Поначалу они ещё отвечали. Потом это их просто достало. Фред сказал по связи:

- Ребята мы вам глубоко признательны за сочувствие и ваше беспокойство, но у нас всё в порядке. Просто приезжайте и вытащите нас отсюда.

Потом Фред предоставил отвечать на запросы автоответчику. Непосредственную связь они поддерживали только с ближайшими двумя экипажами, которые спешили к ним.

Отключив пока внешнее и внутреннее освещение Рем и Фред даже часа два вздремнули.

Пока их не разбудил приближающийся к ним эпицентр мощной грозы.

- Да, - лениво потянулся в кресле Фред, - Проект «Посейдон» всё-таки колоссальная вещь! Подумать только, человечество получит в подарок целый мир,… а потом если всё получится, представляешь какие перспективы, какие перспективы!

- Представляю… - отозвался Рем, только вот неизвестно когда кончится этот дождь, сколько ещё лет он продлится? Да и обогащать атмосферу еще долго придется. Вулканы тоже не понятно как себя поведут.

- Да, скорее всего на Венере должна пройти сейсмическая встряска от образованных морей и океанов. Но предсказывают, что это будет не долго, и когда всё утрясется, вулканы присмиреют.

- Интересно, как назовут океан на месте равнины Аталанты? Аталантическим что ли?

Рем и Фред улыбнулись.

Гроза бушевала вовсю. Ливень стал ещё сильнее. После очередной яркой вспышки молнии вдруг ожил передатчик.

- Эй! Это семнадцатая бригада! Наконец-то пробились… Мы в пятнадцати километрах от вас, возле семьдесят пятой…

- Отлично ребята! – отозвался Фред, - Вы сами не спускайтесь на равнину, а то тоже куда-нибудь провалитесь, высылайте робота с жёсткими тросами.

- Хорошо. Вас поняли. Высылаем летуна с тросом. Встречайте!

Снова сверкнула молния, а затем раздался оглушительный гром. Ливень продолжал бушевать.


2006г. Май.




Похожие:

За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconДождь шел с обеда. Он был везде, этот дождь, но не всегда
Дождь шел с обеда. Он был везде, этот дождь, но не всегда. Он с переменным успехом штурмовал земную твердь, то с неистовством обрушивая...
За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconВо время войны в 6 кабинете школы размещался полк 107 стрелковой бригады. Штаб располагался в бывшем здании городского музея, а полк в школе.
Школа №5 была построена в августе 1937 года. Она называлась неполная школа Марбумстроя. В 1940г она была переименована в школу №5....
За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconКоролева Виктория Сказка про космическую картофелину
Но это только на первый взгляд, на самом деле эта картофелина была не такой, как все, потому что у нее была Мечта: очень хотела она...
За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconИсследовательская работа по химии на тему: «Чистая вода. Какая она?». Ковалев Даниил Юрьевич
...
За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconУрок Мужества «Песни рожденные войной»
Надо знать и чем она была, с какой безмерной душевной тяжестью были связаны для нас дни отступлений и поражений, и каким безмерным...
За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconЛеонардо да Винчи «Автопортрет» (около 1510-1513)
От герцогов Висконти она перешла в собственность семьи Литта, у которой была приобретена русским царем. Император Александр II купил...
За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconДоклад «С (К) оши VIII вида»
Восьмилетняя школа №17 была открыта в 1953 году. В 1974 году она была реорганизована во вспомогательную школу. В 1997 году на основании...
За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconИрина Анатольевна Шило: Настя была очень хорошей девочкой, всегда и во всем на нее можно было положиться. Она была моей правой рукой. Помогала в учебе всем, кто в ней нуждался. Пела, читала стихи, участвовала во всех конкурс
Анастасия занимается в нашей школе с первого класса. Её первой учительницей была И. А. Шило
За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconВерность профессии
Они просто не могли ее не заметить, такая она была яркая, лучистая, солнечная и веселая. Она так радовалась появлению на свет! И...
За окошком вездехода была мгла. Но не такая мгла, какой она бывает в безлунную ночь. Эта беспросветная темнота была мокрой. Она была вязкой и липкой. Шёл дождь. Дождь шёл уже второй год iconУрок: «опыт и посвященность» вступление ее имя означает «Божья благодать»
Анна была известна своей исключительной преданностью, постоянной молитвенной жизнью и даром пророчества. Она была замужем всего семь...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©lib2.podelise.ru 2000-2013
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы