Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс icon

Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс



НазваниеРубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс
страница5/12
Дата конвертации06.05.2013
Размер2.04 Mb.
ТипДокументы
источник
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
1. /Таинственные приключения Салли Локхард/1 Рубин во мгле.doc
2. /Таинственные приключения Салли Локхард/2 Тень полярной звезды.doc
3. /Таинственные приключения Салли Локхард/3 Тигр в колодце.doc
4. /Таинственные приключения Салли Локхард/4 Оловянная принцесса.doc
Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс
Салли локхарт II тень "полярной звезды" Филипп пулман перевод с английского Е. Малыхиной. Ocr библиотека Старого Чародея Анонс
Тигр в колодце филипп пулман перевод с английского А. Ильинского. Ocr библиотека Старого Чародея Анонс
Оловянная принцесса филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Старого Чародея Анонс
Глава девятая


Путешествие в Оксфорд


Миссис Холланд узнала о смерти Генри Хопкинса от одной своей старинной подруги, женщины, исполняющей какие-то подозрительные обязанности в работном доме через улицу. Она, в свою очередь, слышала это от фабричной девчонки, чей брат мел ту самую улицу, где стояла газетная лавка, у хозяина которой был двоюродный брат - тот самый, что разговаривал с человеком, нашедшим труп. Таким простым способом и распространялись все криминальные новости в Лондоне.

Миссис Холланд была в бешенстве от провала своего агента. Так попасться! Разумеется, нечего и надеяться, что полиция поймает убийцу, следовало полагаться только на себя. Весть полетела по переулкам и улицам, как дым, проникая во дворы, растворяясь среди доков и верфей: миссис Холланд обещает большой куш тому, кто знает убийцу Генри Хопкинса. Она разослала обещание и стала ждать. Что-нибудь да всплывет, и очень скоро.

Один человек уже чувствовал за своей спиной горячее дыхание миссис Холланд. Его звали Сэмюэл Шелби.

Ее письмо застало его врасплох. Он-то был уверен, что шантаж невозможен, что все следы заметены. Надо же, из Уоппинга!

Пара дней, проведенных в панике, под конец мобилизовали в нем остатки здравого смысла, и он еще раз все хорошенько обдумал.

В письме говорилось о некоторых фактах, знать которые никому не полагалось - это правда. Но было куда больше преступлений, о которых даже не упоминалось, а что до тех первых - где доказательства? Где счета, торговые контракты, накладные, описи, где судовые документы, которые могли бы его потопить? Ничего такого не было и в помине.

Итак, думал он, здесь больше блефа, чем точной информации. Но береженого Бог бережет...

И он написал в ответ:


Сэмюэл Шелби

Судоходный агент

Чипсайд

Вторник, 29 октября 1872 года


Миссис М. Холланд

Гостиница миссис Холланд

Гиблая Пристань

Уоппинг


Дорогая миссис Холланд!

Благодарю за Ваше послание от 25 числа сего месяца. Должен сообщить, что предложение Вашего жильца для меня небезынтересно. Посему не соблаговолите ли Вы передать ему приглашение посетить мою контору в 10 часов утра в четверг, 31 числа.


Остаюсь

Вашим покорным слугой

С. Шелби.


Теперь посмотрим, что она скажет. Он склонялся к тому, чтобы вообще усомниться в существовании этого жильца, этого таинственного джентльмена; все это досужая болтовня и нелепые слухи, не более.


***


Утро среды было прохладно и туманно. За завтраком (яйца, сваренные в котелке) Фредерик объявил Салли, что они немедля отправляются в Оксфорд. Заодно он сможет сделать кое-какие фотографии, и, кроме того, ей же нужен кто-нибудь, кто будет ее развлекать в поезде, чтобы она опять не уснула. Он говорил весело, но Салли разглядела за этим искреннее беспокойство, к тому же, оказавшись без пистолета, она стала очень уязвима, так что его компания на этот раз пришлась очень кстати, и перспектива совместного путешествия не вызвала никаких возражений с ее стороны.

Дорога промелькнула незаметно. К полудню они уже были в Оксфорде и теперь перекусывали в привокзальном ресторане. Салли охотно разговаривала с Фредериком в поезде - рассказывала сама и слушала его, и казалось, это самое привычное и приятное для нее занятие, но, сидя с ним за столиком, накрытым для еды, она чувствовала себя удивительно неловкой и косноязычной.

- Мне кажется, тебя что-то беспокоит? - наконец спросил Фредерик.

Салли уперлась взглядом в свою тарелку, не зная, что сказать, и покраснела.

- Вовсе нет, - резко ответила она и тут же прикусила язык. Фредерик поднял одну бровь, но ничего не сказал.

Короче говоря, обед прошел не слишком весело, и после него они немедленно разделились: Салли взяла кеб до церкви Святого Иоанна, а Фредерик отправился фотографировать оксфордские колледжи.

- Будь осторожна, - сказал он на прощанье.

Ей захотелось тотчас же вернуться и извиниться, но было уже поздно.

Церковь Святого Иоанна была примерно в трех километрах от центра города, в деревне Саммертаун. Кеб довез ее прямо до Банбери-роуд, миновав недавно построенные большие кирпичные дома Северного Оксфорда. Дом священника стоял недалеко от церкви, скрываясь под огромными вязами.

Утренний туман рассеялся, и высветилось бледное солнце. Салли постучала.

- Викарий вышел, но мистер Бедвелл здесь, мисс, - сказала, открыв дверь, служанка. - Сюда, если позволите, мисс, в кабинет...

Преподобный Николас Бедвелл оказался приземистым, огненно-рыжим мужчиной жизнерадостного и добродушного вида. Когда она вошла, его глаза распахнулись, и она с удивлением обнаружила, что чем-то привела его в восхищение. Он предложил ей сесть.

- Итак, мисс Локхарт, - бодро произнес он, - чем я могу вам помочь? Желаете выйти замуж?

- Похоже, у меня есть новости о вашем брате, - ответила она.

Он вскочил на ноги и пришел в неистовый восторг.

- Я знал! - закричал он, со всею размаху ударив кулаком в ладонь. - Он жив?! Мэтью жив?!

Она кивнула.

- Говорите! Говорите же все, что знаете!

- Он в гостинице в Уоппинге. Уже где-то неделю или дней десять, и... он курит опиум. И ему не выбраться.

Его лицо чем дальше, тем больше мрачнело, и с последним ее словом он бессильно опустился на стул. Салли в двух словах рассказала ему, откуда она все узнала. Когда она закончила, священник резко тряхнул головой.

- Два месяца назад я получил телеграмму. Там говорилось, что мой брат погиб, а корабль утонул. «Лавиния» - он служил на ней вторым помощником капитана.

- Мой отец был там же.

- О, моя бедная девочка! В телеграмме говорилось, что никто не спасся.

- Он утонул.

- Мне очень жаль...

- Но вы знали, что ваш брат жив...

- Мисс Локхарт, мы близнецы. Всю нашу жизнь мы чувствуем друг друга, знаем, что делает другой, - я был уверен, что он жив! Я это знал так же, как то, что сейчас сижу на стуле! - Он хлопнул по подлокотнику. - Мы никогда не ошибались. Но, конечно же, я не знал, где он. Вы упомянули опиум...

- Возможно, это причина, по которой он не может выбраться оттуда..

- Этот наркотик - дьявольское изобретение. Он ломает жизни, рушит судьбы и отравляет тело сильнее, чем выпивка. Такие времена, мисс, что я охотно бросил бы этот приход и посвятил всего себя борьбе с этим злом... Мой брат превратился в его раба. Это случилось три года назад, на Востоке - во всяком случае так я полагаю. И если он не сделает попытки себя спасти, я сам его убью, честное слово.

Салли молчала. Его преподобие свирепо вперился в холодный камин, как будто пепел, который там лежал, и был тем самым опиумом. Бедвелл сжимал и разжимал кулаки; оттого, что он делал это медленно, они казались еще мощнее и тяжелее. В его лице заметно проступали воинственные черты: одна щека была покрыта шрамами, нос свернут набок. Надень на него простую одежду, и более далекого от духовного сана человека трудно было бы себе представить.

- Но вы видите, - сказала Салли спустя минуту - ваш брат что-то знает о смерти моего отца. Должен знать Девочка из гостиницы сказала, что у него послание для меня.

Священник исподлобья взглянул на нее.

- Конечно. Простите меня, ведь это вас касается, правда же? Тогда - к делу. Мы должны вытащить его из этого места как можно скорее. Я не могу оставить приход ни сегодня, ни завтра: сегодня вечерня, а завтра похороны... - Он листал календарь. - Вот. Пятница свободна. Вернее, не то чтобы совсем свободна... но нет ничего такого, что я не мог бы отложить. У меня есть друг в Баллиол-колледже, который меня заменит. Мы вытащим оттуда Мэтью в пятницу.

- А как же быть с миссис Холланд?

- При чем тут она?

- Аделаида сказала, миссис Холланд держит его как в тюрьме. И...

- Опиум держит его в тюрьме, вот что. Мы же в Англии! Здесь нельзя запирать людей под замок против их воли.

И он так грозно оглянулся, что Салли пожалела любого, кто встанет на его пути.

- Только вот еще что, - сказал он немного спокойнее. - Ему понадобится немного этого зелья, чтобы он мог идти. Я привезу его сюда и поставлю на ноги, но на первых порах нам будет не обойтись без наркотика. Его придется отучать постепенно...

- А как вы собираетесь его вызволять?

- Кулаками, если придется. Он вернется. Но вот в чем дело... Вы не могли бы мне кое в чем помочь? Достать опиум?

- Могу попробовать. Конечно, достану. А разве его не продают в Оксфорде? Аптекари?

- Только в виде настойки. А курильщику нужна смола... или что-то в этом роде. Мне совестно вас просить... Если это трудно, придется обойтись и так.

- Я постараюсь.

Он полез в карман и вынул три соверена.

- Возьмите. Купите как можно больше. Если Мэтью не понадобится, по крайней мере зелье не достанется другому несчастному.

Он проводил ее до дверей и пожал сразу обе руки.

- Спасибо, что пришли, - сказал священник - Слава богу, теперь я знаю, где его искать. Я приду к вам на Бертон-стрит в пятницу. Ждите меня около полудня.


***


Чтобы сэкономить на кебе, в Оксфорд Салли возвращалась пешком. Широкая и приятная дорога кишела телегами и экипажами. Красивые дома и тенистые сады вдоль нее казались прекрасным сном, несбыточной мечтой по сравнению с той тьмой и таинственными смертями, откуда она только недавно выбралась и куда ей снова предстояло вернуться. Салли миновала дом, где трое маленьких детей разжигали костер в заросшем зеленом саду. От их крика и смеха она почувствовала себя совсем старой и никак не могла понять, куда же ушло ее детство. А ведь только часом или двумя раньше она горела от смущения, чувствуя себя совершенным ребенком, абсолютно лишенным легкости и непринужденности, столь красящей взрослых. Она бы отдала все, что угодно, только бы забыть Лондон, миссис Холланд, семь блаженств и жить в любом из этих просторных уютных домов, с детьми и животными, кострами, уроками и играми... Может быть, еще не поздно стать гувернанткой или нянькой?

Но было поздно. Отец ее был мертв, а в мире явно что-то расшаталось, и лишь она одна могла исправить это. Она ускорила шаги и вышла на широкую улицу Сент-Джайлз, которая вела прямо к центру города.

У нее был еще час или около того до встречи с Фредериком. Салли провела его, гуляя по городу - поначалу совершенно бесцельно, поскольку старинные здания колледжей ее нисколько не интересовали. Но тут она увидела магазин фотографа, и ноги сами понесли ее в ту сторону. Салли провела час, разговаривая с хозяином и разглядывая его товар; она вышла оттуда куда просвещенней и счастливей, чем вошла, напрочь позабыв и Уоппинг, и опиум, и рубин.

- Я знал, что моя поездка в Оксфорд окажется небесполезной! - сказал Фредерик в поезде. - Нипочем не догадаешься, с кем я разговаривал сегодня.

- Тогда сам скажи.

- Начну с того, что я пошел навестить своего старого школьного друга в Нью-колледже. И он меня представил одному парню по имени Чандра Сен - индийцу. Он приехал из Аграпура.

- Неужели!

- Он математик. Очень ученый, очень простой. Мы поговорили о крокете, а когда он немного расслабился, я возьми да и спроси его, что он знает о рубине из Аграпура. Он был поражен. По-видимому, об этом камне существует больше всяких рассказов и слухов, чем о любом другом. И никто его не видел со времен мятежа. Оказывается, махараджа был убит.

- Когда? Кем?

- Тогда же, во время мятежа - судя по тому, что его тело было обнаружено в Лакноу после усмирения. Но никто не знает, кто убийца. Рубин исчез и с тех пор не появлялся. Такая была неразбериха... Он спросил, откуда я знаю про камень, и я ответил, что прочел в книге одного старого путешественника. Тогда он мне рассказал одну очень странную вещь. Сам-то он в нее не верит - для этого он слишком здравомыслящий человек, - но есть легенда, что демон этого камня будет существовать до тех пор, пока его не похоронит другой, равный ему по злобе, демон. Я попросил его растолковать, что это значит, но он только улыбнулся: дескать, что говорить о пустых суевериях и досужих выдумках... Хороший парень, но какой-то уклончивый... Ладно, как бы то ни было, мы узнали кое-что новое, хоть и непонятно что.

- Майор Марчбэнкс в начале книги говорит, что кульминация его рассказа будет... я забыла его точное слово, кажется, он сказал - ужасной...

- Имеется в виду убийство махараджи. Думаешь, это он сделал?

- Нет. Это совершенно исключено.

Она отрицательно мотнула головой, и они замолчали.

- А ты что-нибудь разузнала? - спросил наконец Фредерик. - Кажется, на станции ты мне хотела что-то рассказать.

Она заставила себя на время забыть о Бедвелле и об Индии.

- Кое-что о стереографии, - сказала Салли. - Я провела час в фотомагазине. Знаешь, сколько людей зашло туда купить стереографические снимки за то время, что я там провела? Шесть! За один час. А тебе известно, сколько людей их спрашивает в твоем магазине?

- Не имею ни малейшего понятия.

- Тремблер говорит, что их спрашивают охотнее всего. И теперь скажи, зачем продавать стереоскопы, если мы не продаем вместе с ними и стереографии?

- Но мы же продаем стереографические камеры. Люди могут сами делать стереографии.

- Они не хотят и не будут. Стереографии - дело профессионала. Да и к тому же люди любят фотографии далеких стран и тому подобное - всего, что они хотели бы, да не могут увидеть сами.

- Но...

- Люди будут раскупать их, как книги или журналы. Тысячами штук! Что ты фотографировал сегодня?

- Я пробовал новые двухсотмиллиметровые линзы с переменной диафрагмой. Пытался найти правильное соотношение.

- Понятно. Но что именно ты фотографировал?

- Разное... Дома и всякие предметы.

- Смотри! Ты мог бы сделать стереографии Оксфорда и Кембриджа и продавать их в комплекте. «Колледжи Оксфорда», или «Лондонские мосты», или «Знаменитые замки». Честное слово, Фредерик, ты бы мог продавать их сотнями и тысячами!

Он почесал голову; волосы встали торчком, а лицо выразило одновременно пять или шесть различных чувств.

- Не знаю, - произнес наконец Гарланд. - Снять-то их мне нетрудно - не труднее чем обычные фотографии. Но вряд ли бы я сумел их продать!

- Я сумею.

- Ну, если так, другое дело. Но, видишь ли, фотография развивается. Через несколько лет мы уже не будем использовать эти неуклюжие стеклянные пластинки. Вместо них будут бумажные негативы и легкие камеры. Мы будем работать невероятно быстро. Идут всевозможные эксперименты... Я и сам кое-что для этого делаю. И никому не будут нужны старомодные стереографии.

- Но я-то говорю о сегодняшнем дне. Сейчас люди их спрашивают, и они будут тебе платить за них. И как, интересно, ты будешь делать что-то невероятное в будущем, если у тебя нет денег сегодня, сейчас?

- Пожалуй, ты права. Ты уже что-нибудь придумала?

- Много чего. Для начала - переоборудовать витрину в лавке. Затем - реклама. И...

Она замолчала и посмотрела в окно. Поезд шел вдоль Темзы; осенний день стремительно клонился к закату; река была серой и казалась очень холодной. Эта же самая вода скоро будет течь мимо Гиблой Пристани, подумала Салли, мы движемся в одном направлении.

- О чем ты задумалась?

- Фредерик, ты мне поможешь купить опиум?


Глава десятая


Госпожа Чанг


На следующий день Фредерик повел Салли в Ист-Энд.

Год назад он помогал своему дяде в одном его проекте: фотографии сцен лондонской жизни с использованием экспериментальной магниевой вспышки. Опыт со вспышкой удался лишь наполовину, тем не менее Фредерик завел массу весьма полезных знакомств, включавших и хозяйку опиумного притона в Лаймхаусе, некую даму по имени госпожа Чанг.

- Большинство подобных мест совершенно отвратительны, - сказал он, когда они уселись в омнибус. - Лежанка, на ней грязное одеяло, трубка, и все. Но госпожа Чанг заботится о своих клиентах, поэтому у нее все чисто. Я думаю, причина в том, что сама она не курит.

- А содержат их всегда китайцы? И почему правительство их не запретит?

- Потому что правительство само выращивает опиум, продает его и имеет с этого хорошую прибыль.

- Не может быть!

- Ты знаешь историю?

- Не совсем.

- Тридцать лет назад мы вели войну за опиум. Китайцы не хотели, чтобы английские купцы провозили его контрабандой через их страну, и старались это запретить. Поэтому мы пошли войной и принудили их смириться. Теперь они выращивают его в Индии под правительственным контролем.

- Но это ужасно! И наше правительство продолжает это делать до сих пор? Не могу поверить.

- Можешь спросить госпожу Чанг. Пора выходить, дальше мы пойдем пешком.

Омнибус остановился у Вест-Индского дока. Слева от его ворот тянулась длинная линия складских помещений, над которыми взлетали мачты кораблей и стрелы кранов, похожие на руки скелетов, простирали в небо свои длинные пальцы.

Они повернули направо и пошли к реке, миновав большое квадратное здание судовой конторы, куда, подумала Салли, должно быть, нередко захаживал ее отец, и углубились в хитросплетение дворов и узких переулков. Некоторые из них вообще не имели названия, но Фредерик знал дорогу наизусть и ни разу не остановился. Босоногие дети, немытые и рваные, играли среди мусорных куч и зловонных луж, растекшихся по булыжной мостовой. Женщины стояли в дверях и молча провожали враждебными взглядами Салли и Фредерика, когда те проходили мимо. Они выглядят такими старыми, думала Салли, даже дети превратились здесь в стариков. В какой-то момент они вклинились в группу людей, собравшихся перед входом в подворотню, одни прислонились к стене, другие сидели на ступеньках. Их одежды были изодраны и грязны, а глаза полны ненависти и злобы. Когда молодые люди приблизились к ним, один поднялся со своего места, двое других отделились от стены и загородили им дорогу. Однако Фредерика невозможно было смутить. Он шел прямо вперед, и мужчинам пришлось посторониться, хотя они не отказали себе в удовольствии сделать это в самый последний момент.

- Они безработные, бедолаги, - сказал Фредерик, когда они с Салли свернули за угол. - Или стенку подпирай, или иди в работный дом - легко ли выбрать?

- Но должна же быть работа на кораблях, или в доках, или еще где-нибудь. Ведь всегда нужны рабочие руки, разве нет?

- Нет. Знаешь, Салли, в Лондоне такое творится, что по сравнению с этим опиум тебе покажется не вреднее чая.

Она поняла, что он говорит о нищете, и, оглянувшись вокруг, не смогла не согласиться.

Вскоре они подошли к низенькой деревянной двери в закопченной стене. Над входом была красная вывеска с надписью черными иероглифами. Фредерик дернул за колокольчик, и спустя минуту дверь отворил старый китаец, одетый в свободный черный шелковый халат и тюбетейку, из-под которой торчала косица. Он поклонился и отошел в сторону, давая им войти.

Салли осмотрелась. Они были в прихожей, украшенной затейливыми обоями ручной работы. Все деревянное было покрыто ярким красным лаком, а с потолка спускался цветной фонарь. Пахло чем-то очень знакомым и сладким.

Слуга удалился, чтобы через мгновение вернуться с пожилой китаянкой в богато вышитом халате и таких же шароварах. Ее маленькие ножки были обуты в красные тапочки, а волосы туго заколоты сзади. Она кивнула и двинулась во внутреннюю комнату.

- Пожалуйста, не откажите посетить мое скромное заведение, - произнесла она безо всякого акцента низким и мелодичным голосом. - Вы, сэр, мистер Фредерик Гарланд, мастер художественной фотографии. Однако я не имела раньше удовольствия быть знакомой с вашей прекрасной спутницей.

Тем временем они вошли в комнату. Пока Фредерик объяснял, кто такая Салли и что им нужно, сама девушка изумленно осматривалась. Свет был приглушен, лишь два или три китайских фонарика пронизывали дымный сумрак. Все, что могло быть покрашено или покрыто лаком, было глубокого кроваво-красного цвета, на дверных косяках и потолочных балках извивались резные драконы, отделанные золотом. Со всех сторон веяло тяжелой, подавляющей роскошью, как будто комната воплотила в себе совокупную грезу всех тех несчастных, что приходили в нее искать забвения. Вдоль стен с небольшими промежутками стояли низкие диванчики, и на каждом лежал спящий мужчина. Но нет! Была и женщина, едва ли намного старше Салли; а вот и другая, уже немолодая, обе прилично одетые. Один из курильщиков зашевелился, и старый слуга поспешил к нему с длинной трубкой.

Поодаль негромко разговаривали Фредерик и госпожа Чанг. Салли уже некоторое время чувствовала головокружение и теперь оглядывалась в поисках места, куда можно было бы присесть. Дым из недавно раскуренной трубки, странный, заманчивый и сладкий, дурманил ее. Она глубоко вздохнула, потом еще и...

Внезапная темнота. Липкая, вязкая жара.

Салли снова была в своем кошмаре.

Она тихо лежала с широко раскрытыми глазами, стараясь разглядеть хоть что-то в этой непроглядной тьме. Чудовищный страх заставил ее сердце судорожно сжаться. Она пробовала пошевелиться и не могла: ее руки и ноги совершенно обессилели.

Она понимала, что это только сон. Но ей было очень страшно, и страх этот рос. Было даже хуже, чем раньше, ибо куда отчетливей и сильнее. Она знала, что в любую секунду, совсем рядом с ней окутавшую ее тьму прорежет вопль мужчины, и заплакала от безнадежного ужаса, охватившего ее при этой мысли. И тогда он закричал.

Вопль прорубился сквозь завесы безмолвия и мрака как гигантский топор. Оглушенная, она едва осталась жива. Но в голосе она различала слова! Что-то новое - и говорили они не по-английски, - но она все понимала.

«Где он?

«Не со мной! Клянусь тебе! Умоляю! Он у друга»...

«Сюда идут! Поторопись!»

И затем - отвратительный звук острого предмета, вспарывающего мясо, а вслед за ним мгновенный провал в дыхании и - стон, выгоняющий из легких весь воздух в единый миг, бульканье, плеск, что-то торопливо закапало...

Свет.

Крохотная искра света.

О, не она же не спит, она же просто в опиумной курильне! Все это невозможно...

Но она не могла вырваться из своего кошмара. Он раскручивался все дальше и дальше, и надо пройти его насквозь. Она знала, что будет дальше: оплывшая свечка, голос мужчины:

«Смотрите! Смотрите на него! О боже...»

Это был голос майора Марчбэнкса!

На этом месте она обычно просыпалась - но теперь что-то изменилось. Свет приблизился, осветив склонившееся над ней лицо молодого мужчины: свирепо топорщились усы, горели глаза и струйка крови сбегала по щеке.

Страх переполнял ее и сводил с ума. Я гибну, думала она, никто не в силах так бояться и не умереть, не обезуметь после этого...

Сильная пощечина. Ее звук донесся секундой позже; все как будто разломалось и вновь погрузилось во мрак. Она почувствовала себя бесповоротно потерянной...

Салли проснулась. Она стояла на коленях, лицо ее было залито слезами. Фредерик был рядом, и она без раздумий бросилась к нему на грудь и зарыдала. Он крепко обнял ее, не говоря ни слова. Они находились в той же зале; когда же ей все это успело привидеться? Госпожа Чанг стояла неподалеку и внимательно наблюдала за ними.

Когда китаянка увидала, что Салли очнулась, она ступила вперед и поклонилась:

- Пожалуйста, присядьте на диван, мисс Локхарт. Ли Чинг принесет чего-нибудь освежающего.

Она хлопнула в ладоши. Фредерик помог девушке переместиться на обитый шелком диван, и старый слуга предложил ей маленькую фарфоровую чашечку, наполненную благоухающим напитком. Она глотнула, и голова начала проясняться.

- Что произошло? Сколько я...

- Ты надышалась дымом, - сказал Фредерик. - Ты вдохнула больше, чем сама думаешь. Но забыться вот так, в одно мгновение, - это очень необычно, не правда ли, госпожа Чанг?

- Это не первое ее общение с дымом, - заметила старая дама со своего места.

- Я в жизни не курила опиум! - воскликнула Салли.

- Мне не хотелось бы спорить с вами, мисс Локхарт. Вы дышали дымом и раньше. Я видела сто тысяч курильщиков, я знаю. Что вам приснилось?

- Картина, которая... Которую я часто вижу. Ночной кошмар. Как будто убивают человека... Двое других приходят и... Что это может быть, госпожа Чанг? Я теряю рассудок?

Та покачала головой.

- Сила дыма безмерна. Он прячет тайны прошлого так, что самый острый глаз в самый светлый день ничего не найдет; а затем он их открывает, как глубоко схороненное сокровище, когда все давным-давно позабылось. То, что вы видели, - память, мисс Локхарт, а не сон.

- Как вы можете быть уверены, что это не игра воображения? - спросил Фредерик. - Вы действительно хотите сказать, что Салли бывала под действием дыма раньше и этот ее кошмар - воспоминание о том времени? Может быть, это все-таки простой кошмар?

- Не думаю. Это не тот случай. Мне дано видеть то, что невидимо вам, мистер Гарланд, - так доктор видит, что за болезнь поразила его пациента. Существует тысяча и один ключ к разгадке этих вещей, но если вы не умеете их читать - вы ничего не поймете.

Она стояла неподвижно, словно древний оракул, и ее слова доносились из сумерек, исполненные мудрости и силы. Салли почувствовала, что сейчас снова заплачет.

Она встала.

- Спасибо за объяснение, госпожа Чанг, - сказала она. - Как вы думаете... мне опасен этот наркотик? Попробовав его раз, не захочу ли я попробовать еще?

- Вы пробовали его уже дважды, мисс Локхарт, - ответила китаянка. - Если над вами и нависла угроза, то не от опиума. Но дым отныне часть вашей природы. Он пробудил в вас что-то пока неведомое вам самой; может быть, вы захотите опиум не ради него самого, а ради того, что он может вам показать.

Она поклонилась, и Фредерик поднялся. Салли, которая все еще чувствовала головокружение, приняла поданную им руку, и после обмена прощаниями они вышли.

Уже стемнело. Холодный воздух ее приободрил, она глубоко вдохнула, и неразбериха в ее голове немного улеглась. Вскоре они вышли на Коммершиал-роуд, и уличная суетня, свет газовых фонарей, блеск витрин превратили притон в далекое, зыбкое воспоминание. Но Салли все еще дрожала и спина ее промокла от пота.

- Расскажи, что с тобой было, - прервал Фредерик молчание, длившееся от самых дверей дома госпожи Чанг. Он почувствовал, что она уже готова говорить. И в этот момент Салли поняла, что от него не нужно ничего скрывать. И рассказала все.

- Но, знаешь, Фредерик, хуже всего было то... - Она заколебалась, и он сказал:

- Все в порядке. Не бойся. Что было хуже всего?

- Мужчина, который говорил, - я слышала его голос во сне миллион раз. Но сегодня я его узнала. Это - майор Марчбэнкс. А мужчина, который склонился надо мной, Фредерик, - это был мой отец! Что же такое происходит? Что все это значит?


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12




Похожие:

Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconПоследний поворот на бруклин хьюберт селби перевод с английского Виктора Когана. Ocr: Ustas PocketLib. SpellCheck: Roland Анонс «Последний поворот на Бруклин»
В конце концов я провел больше трех лет прикованным к постели, мне вырезали десять ребер, у меня осталось чуть больше половины одного...
Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconR. R. Tolkien "the fellowship of the ring" Властелин колец #1 Перевод с английского В. Муравьева Перевод: В. С. Муравьев: эпиграф, пролог, книга
Торбинс, впервые прославивший свой народец в большом мире. Главы эти носят общий подзаголовок "Туда и обратно", потому что повествуют...
Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconТехнология критического мышления при обучении английскому языку
Во всем мире знания английского языка воспринимается сегодня, как необходимое условие общения. Все большую важность имеет не только...
Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconEckhart tolle перевод с английского Николая Лаврентьева © Москва 2007 оглавление

Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconR. R. Tolkien the fellowship of the ring перевод: В. С. Муравьев Властелин колец. Книги 3,4 ocr гуцев В. Н. Книга
I. отплытие боромира арагорн взбегал крутой тропой, приглядываясь к земле. Хоббиты ступают легко: иной Следопыт и тот, бывало, сбивался...
Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconEckhart tolle перевод с английского Николая Лаврентьева © оглавление глава первая Расцвет человеческого сознания

Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconI перевод как разновидность межъязыковой и межкультурной коммуникации
Для одних перевод был увле­чением или любимым занятием, для других перевод был слу­жебной обязанностью, для третьих перевод был просто...
Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconДорин Вёрче – Забота о детях индиго
Перевод с английского Сергея ВажненкоМ: ООО издательский дом «София», 2005. 272 с
Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconПояснительная записка «Математика» (Т. Е. Демидова, С. А. Козлова, А. Г. Рубин, А. П. Тонких) 136 часа (4 часа в неделю)
Рабочая программа по математике составлена на основании примерной основной образовательной программы фгос и авторской С. А. Козлова,...
Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconГазеты Название издания
Центральная районная библиотека им. Мордвинова/читальный зал/, Городская библиотека им. Бередникова, Центральная Детская Библиотека,...
Рубин во мгле филип пулман перевод с английского Г. Кружкова. Ocr библиотека Луки Бомануара, Вычитка и редактирование Zorge Анонс iconГарри поттер и орден феникса джоанна К. Роулинг перевод с английского Эм. Тасамая
Единственным человеком, который оставался на улице, был мальчик-подросток, лежавший на спине на клумбе возле дома №4
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©lib2.podelise.ru 2000-2013
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы